Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Три Чуда от Майтрейи

Три Чуда, три дива были дарованы Майтрейей на открытии фестиваля искусств в «Манеже». Автор шоу-балета «Театр Мистерий. Кришна» Майтрейя, выступив в роли актера-сказителя, через древний образ Кришны поведал Правду через магию слова, музыки и танца, возвещая о своем Учении, меге-философии Вселенского майтреизма! В тон горнему замыслу и профессиональному исполнению великолепного произведения «прозвучало» ослепительное золототканое одеяние одной из героинь – Богини - от Вячеслава Зайцева.

На стенд галереи «The House of Maitreya» была приглашена российская Королева блюза – Виктория Пьер-Мари, знаменующая собою второе Чудо Майтрейи. Она стала первоучастницей, открывшей Проект создания мирового Храма-музея «Парад Звезд», который со временем вместит звездные иконы – Нерукотворные Плащаницы, создав грандиозный звездный иконостас. Майтрейя этим действием возгласил зачинание нового искусства Нового Тысячелетия!!!


Виктория Пьер-Мари, Майтрейя, Вячеслав Зайцев,  Евгения Толстикова и другие

И третье Чудо - так Чудо! Обычная кукла, которая предназначалась благотворительному аукциону «Парад звездных кукол - детям», в «звездных» руках Майтрейи выразилась в величественный Образ-Культ – «Берегини ДАНИТ – Матери всех кукол мира». И в это можно верить или не верить, но после создания ДАНИТ Богиня явилась в сновидении Майтрейи и вошла в статую, объявив свое новое имя как подмогу верующим в Нее… САТАВЕРА – так Она назвалась.

БЕРЕГИНЯ ДАНИТ – МАТЬ КУКОЛ ВСЕГО МИРА


Кукла Майтрейи (Вячеслава Петрова-Гладкого). 2009 г,

Божественное имя и образ-символ, олицетворяющие Мать кукол всего мира. ДАНИТ – это чудесное Видение художника-мистика, это «краеугольный» камень его философии, и он полагает, что покровительство Богини-Берегини, которое может рассматриваться в роли Заступницы Небесной Царицы для человечества, символически может быть отражено и в царстве кукол.
Основной постулат созданного женского образа основополагается на принципе вмещения в себе двух противоположностей: ДА – НИТ – это «да» и «нет», как Свет и Тьма Первотворения (день и ночь, солнце и луна, добро и зло, рождение и смерть).
Черным цветом Богиня уподоблена Бездне, из которой ткет Первоматерию, как одеяние для себя, как первобытное Время, как саму ЖИЗНЬ… Она повелительница Судьбы и Космического Океана.
Майтрейей восстановлен древний Ритуал - магическая «Игра Судьбы». Посредством «герной плитки» (двусторонней квадратной дощечки с черной и белой сторонами), подбрасываемой с насущным вопросом к подножию Богини, происходит само священнодействие: «оживление» статуи Богини, подающей ответ. Через светлую сторону «судьбоносная дощечка» указывает утвердительное ДА, а через темную - НЕТ.

Бестселлер

МАСТЕР (русский роман)

В том, что опьяненный Мастер всегда хватался за двустволку и убегал на улицу (чем сильно пугал домочадцев и соседей), Автору видится именно высокое стремление к легендарному подвигу. Вот и прошлой осенью он, угрожающе размахивая ружьем и выкрикивая какие-то воинственные бессвязные кличи, устремился к вольным просторам бескрайнего леса, будто Рыцарь вдохновенно поспешающий на встречу с Драконом. И, между прочим, до смешного, подобная сказочная встреча у него случилась однажды… К величайшему сожалению в тот невероятный день он оказался без патронов, - а так быть может приволок домой неуловимого и коварного «зеленого змия» и заспиртовал бы его в бутылке… Как же он тогда яростно бился у «Черной» речки, завидев своего давнишнего врага… Но речь сейчас о другом…

Лишь только он добрался до печального в осени леса, как тут же открыл беспорядочную стрельбу по воронью, водившемуся здесь в несметном количестве. Он никогда не попадал в птиц, но потому, как они черным облаком разлетались и словно расчищали вечно серое тоскливое небо, - ощущал освежение и очищение своей души… Делалось легче и радостнее жить!.. И вот, с удовлетворением внимая злому отвратительному карканью взбудораженной темной силы, наш Герой углубился в непроходимые дебри, в поисках более достойного противника…

Но иных существ, кроме воронья и «зеленых змиев» в этом лесу будто бы и не водилось. Во всяком случае Мастер никогда не встречал, а если иногда по зиме видел чьи-то следы, - то, как правило столь огромные и странные (может быть, конечно, с пьяных глаз!), что скорее они напоминали «Снежного» человека или знакомого богатыря-управдома, который мог скрытно записаться в секту босоногих и разгуливать здесь. Вообще выискивать медведей и волков, которых Автор так красочно описал в свое время, - было бы делом напрасным: они, наверное, давным-давно замерзли в один из Ледниковых периодов. Да и Герой наш таков, что, если бы и углядел кого в троящемся виде, - так в непременности Бабу Ягу или Лешего, а может и кого посимпатичнее… Лесную Фею, например, или Русалочку… Что, впрочем, и произошло…

Уже на подступах к «Черной» речке, куда Мастер очень любил захаживать, он несколько утихомирился и стрелять перестал. Теперь лишь смачно и громко выругивался, - что хлопками «взрывов» вылетало из его рта, как мелкая дробь… И мы не станем приводить эти тирады Читателю, чтобы ему от звуковой волны не заложило уши!.. Он ругнулся последний раз особенно изощренно и, наконец, пришел в мирное и просветленное состояние духа, когда остановился у обугленных останков дерева, сгоревшего однажды от молнии. Дерево, вернее искореженные огнем какие-то оглобли, называли в народе «Ведьминской метлой», - а почему, никто уже не помнил…

Место, надо сказать, действительно неприглядное. Все вокруг засыпано буреломом и мусором, Бог знает, кем приносимым сюда. Здесь ржавели не только туристические консервные банки, но даже тяжеленнейшие железные спинки от кроватей, огромные дырявые баки, остовы от машин и их моторы, и странные пружины, походящие на ребра доисторических животных… Ко всему роскошному виду сюда еще добавлялись пенные беловатые сгустки, бегущие по желтой воде реки от ближайшего завода. Но Герой почему-то любил эти места, и все здесь на него действовало удивительно успокаивающе…

И вдруг заклокотала мутная вода, забурлила почти у самых ног и вспенилась еще более будто пиво в гигантской кружке. Уже попривыкший к разным чудесам Мастер, взглянул на происходящее с профессиональным спокойствием, так как в «белой горячке» уже бывать приходилось. А поэтому отвел скорее взор в сторонку, в надежде, что галлюцинация, как обычно, исчезнет, и полез за спасительной папиросой… Чуть дрожащими пальцами он чиркал и чиркал спичку за спичкой, все никак не справляясь с огнем, но не спешил, не нервничал: тянул время…

Когда первый глоток теплого дымка мягко застелился в груди, вызвав ободряющий в данной ситуации, застарелый кашель, наш Герой, наконец, чуть слезящимися от удушья глазами искоса посмотрел на «взбесившуюся» речку. Утешительного оказалось мало: пены уже набралось с гору, а сверху проклюнулось нечто и слегка золотилось, похожее на густые водоросли.

«Опять тоже!!! - сплюнул Мастер и тихо ругнулся. - Начинается!..»

Последний раз (и это случилось дома) он на обеденном столе явственно разглядел маленьких упитанных чертенят, которые ухмылялись, подмигивали ему и строили рожи… И ныне очень, уж, не хотелось увидеть что-то подобное.

Как ни протирал тяжелые виски и осоловелые глаза, как ни сбирал волю в единый кулак, - все понапрасну… «Водоросли» расправились в воздухе русыми волосами, а из застывшей пены, теперь казавшейся сахарной ватой, выглянула сладкая головка девушки. У Мастера почему-то приторно стало во рту и начался мучительный приступ изжоги от кукольной медовости красотки-«Барби». (Бывают же такие метаморфозы!)

Сделаем, Читатель, скидку на особое состояние нашего Героя, что «красивое» вызвало, на удивление, столь модернистские чувства… Но, впрочем, не в порядке ли вещей, когда ныне искусное, изящное и прекрасное мы под каким-то дурманом называем слащавым и старомодным! Так что не будем столь строги… даже, когда узнаем вовсе противное, что явившаяся, наконец, обнаженная «Венера», навеяла еще Мастеру и тошноту сердечную… Примем, как должное…

А пока мы видим одичало и неприязненно взирающего «М» на свою будущую боготворимую подругу, которому в этот момент сам черт показался бы братом и много милее…

«Ты бы лучше прикрылась чем!.. Тоже мне - Русалочка!..» - с грубым недовольством обратился он к девушке, глядя как та с масленным выражением любящих глаз подходит все ближе. - На-ка, вот… Накинь!» И, путаясь в рукавах, с трудом снял и протянул «Русалке» свою обширную телогрейку, которая вполне могла сойти за пальто на ее хрупкой фигурке.

«Не Русалка я, - а Фея…» - скромно поправила неприветливого мужчину Речная Фея.

«Мне, что за дело, - кто ты есть!!.» - чуть было не добавив ругательств, отвечал «М», недовольный собою, что еще угораздился разговориться с призраком. «Опять горячка… допился…» - подумалось с отвращением…

«Ладно, пошли уже… Что стоять-то на холоде!..» - решительно заявил, как в бреду, наш Герой, чувствуя, что надо уносить ноги домой и поскорее. Он по возможности быстро, спотыкаясь и хватаясь за деревья, заспешил впереди, ощущая легкое движение Феи за собой.

«Вот, наверное, кто взглянул бы со стороны, - а рядом со мною и нет никого… И телогрейку посеял!..» - с очень большой рассудительностью, для в стельку пьяного, подумал Мастер. И обернулся…

Ан, нет, - идет ведьма следом…
(продолжение следует... книги можно заказать через
www.podiumart.ru)
 

Бестселлер

МЮЛЛЕР (немецкий роман)

Природой так было задумано, чтобы Феи легкомысленно влюблялись с первого взгляда и в первого встречного мужчину, а оставляя, грешную землю столь же быстро забывали свой объект почитания. Сложно вникнуть в механизм подобного скорого воспламенения и резкого затухания, хотя девичья память, как подмечено народом, всегда была коротка!..

Конечно, наша беспамятная Дева уже и не помнит тот далекий знойный день, эдак века три назад, когда к колодцу подошел усталый путник. И колодец был тогда не в таком плачевном виде, как ныне, почти что доверха засыпанный для безопасности граждан, - а кристально пречистый и глубокий; и место это довольно глухое, в приличном отдалении от ближайшего селения, пользовалось у народа дурной славой. Заходили сюда очень редко лишь бравые смельчаки, бродяги, да заплутавшие грибники, - и все в один голос уверяли, что слышали из воды жалобные стенания. Старики сказывали страсти: будто с незапамятных времен поселилась там Фея, насылающая любовные чары на проходящих мимо добрых молодцев, которых затем и затягивает в бездонное жилище.

Наш притомившийся путник родом оказался не из этих краев, а поэтому не мог знать стариковских россказней, - и, когда вдруг увидел обнаженную Деву у колодца, которая, как подумалось ему, омывается водой, то не пришел в ужас, что подобало бы, а крайне смутился, покраснел и шагнул было в сторону. Но к удивлению почему-то застыл, как вкопанный, не в силах двинуть ни рукой, ни ногой, и, поражаясь своему беспредельному бесстыдству, неотрывно смотрел на голое чарующее тело.

Довольно симпатичного вида молодой человек, с которым нас и Фею свела судьба познакомиться, был бродячим музыкантом весьма доброго нрава и редкой врожденной благовоспитанности. Его приличность уже поспешила явиться в виде красноречивого смущения. Ведь другой бы на его месте или загикал по-деревенски, свистнул, забил в ладоши, чтобы пугануть как следует бедную девушку и затем засыпать насмешками, или, что еще неприличней, но много соблазнительней, спрятался бы в кустах и подсматривал за ней. А, уж, что говорить о коварных злодеях, которые не упустили бы подвернувшегося случая для самых низменных целей!..

А красота нашей Девы была воистину бесподобна… В своем откровении наготы она смотрелась настоящим произведением искусства, которое и существует лишь для всеобщего восхищения и поклонения. Когда, как бы в шутку говорится, что женщина одета тем лучше, чем меньше на ней одежды, - то имеется в виду именно такой случай, когда с сокрыванием отдельных частей нарушается целостность божественной гармонии.

И музыканта оставили силы не случайно, и он стоял, как околдованный… И все это стариковские сплетни и наговоры, что Феи владеют каким-то особым волшебством, - мужчины по своей природе тоже подвержены скоропалительной любви…

Фея, наконец, почувствовав чей-то прикованный взгляд, резко обернулась, и темные глаза ее, такие же бездонные, как колодец, манящие и в то же время пугающие неземным бесстрастием, словно вытянули трепещущуюся человеческую Душу и похитили безостаточно в черноту зрачков. Музыкант покачнулся, и из рук его с глухим звоном выпала неразлучная лютня, и, не поднимая ее, совсем растерявшись в том, что делает, как в полусне, с послушностью немому зову приблизился к Фее. А глаза ее уже изменились, и стал в них виден пробивающийся из недр пламень, - и вдруг они заблестели тем влажным непередаваемым блеском, который бывает только у влюбленных!..

Тут бы следовало из деликатных соображений заставить Героя упасть в обморок или обратить эту историю в сон с преждевременным пробуждением, но Автор в последнюю минуту изменяет своему правилу избежать «бестселлеровских» трюков, и решается на крайнюю меру — продолжать…

И вот гибкие тонкие руки касаются его щек, обнимают нежно за шею, губы жадно ищут губ, и тело все плотнее жмется к телу...

Счастливцы, которым встречались, однажды, Феи, чаще всего помалкивают о той безумной страсти, что кроется в этих хрупких созданиях, но, уж, если паче чаяния, разоткровенничаются где-нибудь за чаркой вина, - то порасскажут много удивительных вещей!.. Может быть даже покажут Вам, естественно в позволительных частях, так и незатянувшиеся полностью шрамы от острых ноготков и зубов; пожалуются на пошатнувшееся с тех пор здоровье, обрисовывая всяческие любовные утехи, сродни гимнастическим упражнениям… И все подобное: вплоть до общеизвестных ведьминских забав с полусмертельной изнуряющей скачкой на шее бегущего, что есть мочи, партнера… Короче говоря, наслушаешься таких устрашающих вещей, которые современным языком ласково наречены садомазохизмом, что девственный образ Феи невольно вырастает в эдакого монстра в резиновом противогазе, с собачьим ошейником, железными цепями и прибольным витым хлыстом в жилистой руке… Но посмотрите повнимательнее в мечтательно разгоревшиеся глаза Вашего рассказчика, - и Вы увидите такое противоестественное восхищение от испытанных «пыток», что впадете в полное недоумение…

Автор не встречал в своей жизни подобных исступленных Фей и, надо сказать, с нескрываемым любопытством брал интервью у живого свидетеля и подглядывал за происходящим из-за кустов (но, заметьте, вместе с Читателем!), примкнув тем самым к разряду не совсем приличных типов… И пусть поэтому пролистнет эту страницу тот, кто хочет остаться со своим интересом…

И он уже не увидит, как Дева в обуреваемой страсти порывисто разорвет надвое подызношенную старую рубаху на побледневшем, как мел, музыканте; как гибкие пальцы с длинными ногтями замедленно поползут по его широкой спине, оставляя белые борозды царапин с выступающими каплями взыгравшейся крови… И не услышит никогда волнующее прерывистое дыхание Феи, и сладко издаваемые стоны…

Так закрывайте же страницу, не мешкайте!.. А то я замечаю, как осмелевший музыкант, отдавшись на волю чувств, уже лобзает шею, руки, грудь, не упуская ни единого места на ее чудном теле, подрагивающем от каждого прикосновения жарких губ…

(продолжение следует… заказ книг через www.podiumart.ru)

"ПОДНАГОТНАЯ НАГОТА"БодиАрт и фото Майтрейи.
А красота нашей Девы была воистину бесподобна... 
В своем откровении наготы она смотрелась настоящим произведением искусства, 
которое и существует лишь для всеобщего восхищения и поклонения.