?

Log in

No account? Create an account
новости друзья календарь о Майтрейе Hollywood Maitreya . The Russian Buddha назад назад далее далее
Бестселлер - The House of Maitreya
Храм Нового тысячелетия
maitreyafromhw
maitreyafromhw
Бестселлер

ЦАРЕВНА ЛЕБЕДЬ

С тех пор, как Мария появилась в женском монастыре, многое во внутреннем укладе его переменилось. Чудеса, как и революции, имеют воинственную способность - ломать все сложившиеся порядки, как бы подрывая закосневший в предрассудках строй мышления (хотя один предрассудок тут же заменяется семью новыми!), - и не всегда подобная резкая взрывчатость идет кому-либо на пользу... Так и наше чудо-явление Девы вблизи алтаря в церкви «Пресвятой Богородицы» разорвало бомбой будто заснувшую беспробудным сном религиозную жизнь и понаделало немало смуты, щедро сдобренной пустыми кривотолками.

Началось все в один из ничем непримечательных вечеров, когда уже, молясь и готовясь ко сну, монахини разошлись по кельям. В церкви задержалась лишь беспокойная Настоятельница, всегда находящая какую-нибудь заботу «на ровном месте», да ее послушница - совсем еще юная монахиня недавно совершившая «постриг». Эти две «избранницы Божии» и удостоились узреть световую «галлюцинацию» (как позже «выяснилось» и охарактеризовалось это явление!), видимо вызванную спертым и чересчур теплым воздухом и неровным горением свечей.

Неожиданно у самого подножия огромного распятия, подвешенного у центральной стены, возникли всполохи и «северные сияния», как будто слагающие бесчисленные складки эфирного одеяния, а затем в них проявился силуэт самой Приснодевы...

Настоятельница, обмерев, ахнула, схватилась за слабое старческое сердце и повалилась, как подкошенная, навзничь.

«Святая Дева Мария!.. Помилуй, Заступница!.. Прости грехи грешной!» - в каком-то беспамятстве шептали ее уста.

С молодой послушницей случилось по-другому: она застыла столбом, как вкопанная, неэстетично раскрыла рот и остекленело таращилась на «мираж».

«Это фата-моргана!.. От такой духоты и не то померещится!» - как чужая, проползла в ее головке тяжелая и сонливая атеистическая догадка.

Затем дело приняло другой оборот... Как оказалось, - еще более пугающий!

***

Когда дело приняло другой оборот, и световое облако начало медленно гаснуть, из него вдруг смело выступила совершенно голая девица.

«Сатана!.. Прочь! Изыди Дьявол!!!» - заголосила теперь совершенно иное Настоятельница, смекнув что к чему и посчитав это Видение кознями Дьявола. Она торопливо и судорожно крестилась, чувствуя, что еще миг - и «отдаст Богу Душу».

«Красивая баба, как фотомодель!» - расплавленным воском текла между тем мысль неискушенной в Чудесах новобранки.

Самое интересное, что Сатана или Богиня будто нисколько не замечала людского присутствия, - и пламенный взор не отрывался от Иисуса, который прикрытый лишь одной узкой тряпицей, вполне достойно смотрелся ей парой.

«О, избранник сердца моего! Сладчайший мой!!!» - слышны были ее дышащие истомой экстатические слова, и обнаженная незнакомка бросилась с жаром обнимать Крест и осыпать поцелуями Христово тело.

Здесь такой непомерный ужас обуял бедной наставницей, что она, несмотря на преклонный возраст, вихрем понеслась вон из церкви, сумев каким-то образом даже уволочь за собою окаменевшую «статую» монашки.

Входная дверь храма за ними гулко захлопнулась, и дрожащие пальцы то и дело не совладающие с ключом, наконец, затворили накрепко «страшное чудо».

Переполох, конечно!.. Дело понятное... Монастырь во мгновение превратился в потревоженный гудящий улей. Поднятые в ночных сорочках босые монашки суетились, шумели, бестолково бегая друг за другом, заражаясь еще более страхом от неизвестной угрозы. Настоятельница, хватаясь за сердце, что-то обрывочно выкрикивала о «приходе в мир Сатаны», а другая свидетельница сникла, зажалась в углу и тихо плакала. Лишь иногда сквозь всхлипывания вылетали бессмысленные слова: «Фото... Фата... Фото...»

Прошло, наверное, с полчаса, когда женщины, наконец, уяснили, что беда к ним подкралась со стороны церкви, скрывая в недрах своих нечто ужасное. Снедаемые острейшими чувствами любопытства и страха, монашенки, вооружившись крестами потяжелее, почти не дыша, подкрались к самим дверям «Ада».

Там было, как всегда тихо, - но это сейчас настораживало... Замок предательски щелкнул прегромко, разорвав гнетущую тишину, и сразу целый ряд пытливых испуганных глаз возник во всю длину дверной щели.

Господи!.. Никогда таким жутким не казался дрожащий тусклый свет потрескивающих свечей... Женское голое тело, свернувшееся клубком у основания Креста и с прижатым к ногам Иисуса лицом, мерещилось мертвенно-желтым...

«Изыди Сатана!.. Оставь Храм Господен!!!» - стараясь придать грозность дрожащему голосу, закричала Настоятельница из «зашоренной» щели, готовясь, правда, в любой миг двери захлопнуть.

Девушка повернула слегка личико в профиль, и даже издалека ее красота всех поразила... Было заметно, как ярко звездами заблестели ее глаза, полные не ненависти, а неизречимой любви, - и этот просиянный Божественным Светом взор разом развеял всякие опасения...

«Человек ли ты: плоть от плоти?! - голос старушки чуть-чуть приокреп. - Скажи нам - кто ты?.. Как попала ты в нашу Обитель?!.»

Красавица, казалось, была не в себе и, ненаходя нужных слов, молчала. Но вид ее все более располагал к доброму отношению, и женщины, подталкивая друг друга, вскоре осмелились войти.

«На «Блаженную» скорее похожа...» — шепнула одна из монахинь.

«Конечно, человек! Чего бы Черта на самое Святое место занесло...» - перекрестя рот, молвила другая.

«С прихожанами, наверное, незамеченно заскочила, да спряталась бедная...» - добавила убедительно третья и всех успокоила.

«Оборотня» уже никто не боялся. «Бабуся» (так называли Настоятельницу за глаза!) повелела, чтобы девушке дали чем прикрыться, отвели в пустующую келью и закрыли «пока суть, да дело»... «А завтра - дескать, утро вечера мудренее - и разберемся с Божьей помощью!»

Вот и все - и все Чудеса!

***

Великое брожение чувств и умонастроений воцарило в женском монастыре. Есть некоторые народы, которым невыносимо жить вместе, если они неразбавлены другими, - так и женщины несовсем приспособлены к общежитию. Любая незначительная мелочь может вскипятить впечатлительные умы и породить всеобщее сокрушающее беспокойство. Так и в нашем случае: сплетни и пересуды фактически заменили каждодневные молитвы...

«Вы слышали?.. слышали?.. - раздавалось в каждом уголке «Общежития». - Она такие крамолы, ереси сеет в сердцах...Богохульствует изщренно, лукаво!. - А наша «Бабулька» попустительствует, спятила окончательно с ума.. Прямо-таки молится на нее!..»

Одних задевало «за живое» «демоническая» (это по общему мнению!) красота «Марии». Других - ее «наигранная» экзальтированность и склонность к экстатическим «обморокам». Третьи, как уже упоминалось, пугались (или искусно делали вид!) ее престранных высказываний, которые явно балансировали на скользкой грани между «выдумкой и сумасшествием». Перечень недовольств был столь превеликий, - что всего и не перечислишь!

Есть, конечно, и кое-что оправдывающее эти настроения. Частенько мысли нашей Феи настолько не увязывались с бытующими представлениями обыкновенного плоскостного ума и столь его превосходили, - что капитулирующие «головы» полнились «справедливым» гневом к несносному раздражителю. Так что тут замешались нетолько чувственные ревности, но даже выпестовались «идейные противники» - истинные ревнители Веры!

Ну, на минуточку войдите в положение оскорбленных чувств «Сестер» нашей Приснодевы.

Вот, к примеру, часы молитвы в храме... «Мария», как правило, сидит или лежит прямо на полу с закрытыми глазами и, мешая всем нормально сосредоточиться беспрерывными всхлипываниями или, наоборот, исступленными возгласами радости. А то вдруг вскакивает, летит к «Распятию» и, обвивши руками Крест, на глазах у всех прижимается лицом и целует набедренную повязку Христа, - благо, что она получается на уровне головы. Уж какие здесь молитвы... Порнография какая-то!.. Безобразие из ряда вон выходящее: гладит Иисуса, ласковые слова ему говорит. И далеко «не-Божьи» речи-то, - слишком интимновольные, женские...

«Сладенький мой! Супруг незабвенный! - воркует она. - Позови, помани меня, только намекни глазами.. Я с радостию прилечу в Твой Небесный Чертог! Обниму лианами рук, зацелую Тебя пьяняще до полусмерти… Рабыня Твоя будет во всем безотказна!»

И что скажете?!.. Разве просто женщинам и девушкам наблюдать и слышать подобное...

«Наверняка в постели и крестом «балуется…» - поговаривали о ней раздраженные монашки, поминая одну, изгнанную из монастыря, нечестивицу.

А то еще, вот, что учудила!.. Приходит вдруг, однажды, на молитву лишь повязанная у чресл полотенцем, венец на голове из колючих прутьев, а руки и ноги все красные от крови. Уж каким она там «проковыряла гвоздиком» стигматы себе - неизвестно, но «Сестры» сразу ее раскусили, - в Святые «лыжи навострила», «Бабулю» хочет поразить!

«Боже, Боже! - кричит, убивается. - Зачем Ты меня оставил!.. Плоть мою немощную сокруши Великой Дланью своею! Обнажи, раскрепости скорее.. Дух мой!»

Еле ее тогда «притвору» успокоили и полечиться в покоях кельи уложили. «Но таких бешеных, - как говаривали монашки, - уже не лечат! Медицина бессильна!!!»

Для полноты картины можно упомянуть и еще один случай, который понаделал больше всего шума. После чего даже «ослабевшая умом Бабуля» начала всерьез подумывать, чтобы Марию из Обители «отчислить».

Однажды, войдя на утреннюю молитву в церковь, все женское общество обомлело и пришло в крайнее замешательство... На стене висела простыня Марии с изображением голого мужчины во весь рост. Уж, как это удалось столь искусно сделать, или сей муж попал к ней в постель и непонятным образом оставил свое отражение, - мы не знаем, но «плащеница», как вывешенный негатив для просушки, была ясна и точна до мельчайших деталей...

Этот случай с «чертовщиной» оказался всех злее, - и всем в монастыре стало радостно и понятно, - что после такого «хулиганства» она здесь надолго не задержится!

(продолжение следует... заказ книг Майтрейи возможен через www.podiumart.ru)

 

"Навечная Заповедь" нагим служительницам Нагой Правды.
Эти БодиАрт-Знаки, что радужный Мост меж Небом и Землею для любой веры...

Оставить комментарий